Опиоидная заместительная терапия

Проблема зависимости от героина (и других опиоидов) существует во всём мире. Опиоиды, при прочих равных — самые проблемные психоактивные вещества, и именно их корректно называть наркотиками. Почти все морфиноподобные вещества склонны провоцировать злоупотребление (употребление себе во вред).


Проблема наркомании не так проста

Какова бы ни была тому основная причина — биохимическое воздействие на мозг, социальные и психологические проблемы пользователей вкупе с доступностью наркотиков на чёрном рынке — эти корневые проблемы в большинстве стран мира устранить не удаётся. Где-то это недостаточное внимание к проблемам общества, которые оно утоляет психоактивными веществами. Где-то — контрпродуктивная политика запретов, крайне выгодная для наркобизнеса и отдаляющая наркозависимых от общества, делающая их изгоями и маргиналами. Часто — и то, и другое.


Не смотря на проблемы политической воли, заблуждения политиков по поводу проблемы наркотиков и даже их прямая выгода не сокращать в стране количество наркозависимых, а также недостаток средств в некоторых странах на создание приемлемого уровня жизни в стране, существует дешёвый и рабочий метод помощи опиодным наркоманам.


Это метод принят (на 2009 год) в 106 странах мира (из ~200, включая крайне отсталые страны и государства, где героина нет вообще). Метод считается эффективным в странах от Китая, с его драконовскими мерами искоренения наркомании, до либеральных в этом смысле Нидерландов, Чехии и Португалии.


Заместительная терапия

Метод прост — обеспечить наркоману чистый, бесплатный наркотик. Чаще всего это метадон, который действует 1-2 дня. Это снимает такие проблемы наркомании, как:

* Физический вред от наркомании. Вообще, чистые опиаты не слишком вредны для здоровья. "Уличный" же героин содержит кучу примесей, губящих вены, печень и иногда нейротоксичных (т.е. вредящих клеткам мозга). Уколы в условиях медицинского контроля или приём таблеток с метадоном исключают занесение инфекции. Также зависимые перестают тратить все свободные деньги и силы на наркотики, отчего начинают больше следить за здоровьем, качественнее и регулярнее питаются, реже злоупотребляют другими психотропами.

* Передозировки от медицинских опиоидов происходят крайне редко, т.к. приём происходит либо под контролем, либо выдаются одна-две дозы (две не вызовут смертельной передозировки), а на руки большие количества выдают только проверенным пациентам после длительного испытательного срока. Пациентов обязательно инструктируют, с чем категорически нельзя мешать опиоиды, чтобы не спровоцировать потерю сознания и остановку дыхания (алкоголь, большие кол-ва снотворных и т.п.).

* Преступность в среде наркоманов не так высока, как принято считать (~10% наркоманов совершают 70-80% преступлений, прочие же предпочитают скорее переломаться, нежели пойти на преступление). Тем не менее, выдача бесплатных (или очень дешёвых) заместителей радикально снижает склонность идти на незаконную добычу денег из страха мучительной "ломки". Хотя опиоиды намного реже алкоголя вызывают патологическое опьянение с сильным растормаживанием подавленных желаний, от которого психически неблагополучный человек может начать вести себя агрессивно, такое случается — но не от умеренных медицинских доз.

* Социальный статус. Сильно зависимый человек, вынужденный употреблять 1-2 раза в день, редко в состоянии держать ровный темп употребления — обычно такие люди либо в сильном опьянении, либо у них закончились запасы и срочно нужны новые. Работать, поддерживать положительные отношения с другими людьми и не попадаться полиции очень сложно. В итоге, человек опускается на дно. Во всех странах люди, получающие заместительную терапию (это надёжная статистика на примере сотен тысяч пациентов) перестают попадать в полицию, налаживают отношения с близкими, находят работу и даже заводят семьи.

* Социальная польза. Употребление героина и подобных веществ в странах, где население хорошо осведомлено о заместительной терапии (и других программах реабилитации), больше не вызывает у молодёжи положительного впечатления крутого, бунтарского занятия настоящих серьёзных хастлеров — теперь общество скорее видит потребителей, как неблагополучных неудачников, которым нужна помощь. Употребление под медицинским контролем исключает коллективное использование шприцов, а самое главное — все участники программ знают, есть ли у них ВИЧ, гепатит и т.п., что исключает невольное заражение других людей.

* Психическое здоровье. Наркоман часто не имеет в окружении достойных, поддерживающих его людей, презираем, уязвим к агрессии граждан и полиции, регулярно испытывает психические муки от "ломки" и жуткую депрессию в первые месяцы после, в большинстве своём испытывает стыд за своё поведение, имеет крайне низкую самооценку и не видит нормального выхода из ситуации. Даже психически устойчивая личность со временем сойдёт с ума от такой жизни, а чем хуже с психикой, тем сложнее вернуться к нормальной жизни. Разве можно в таком состоянии и в такой ситуации эффективно разбираться, что не так в твоей жизни, что нужно изменить, и как найти силы это сделать?


Замещение делает жизнь стабильной и безопасной, общество перестаёт быть враждебным — и теперь у человека есть возможность перестроить какие-то моменты своей жизни так, чтобы она начала приносить большее удовлетворение, чем героин. Крысы, плотно подсаженные на морфин, перестают его принимать и самостоятельно перекумаривают, если поместить их в приятные для крысы условия.

Есть замечательный добрый комикс, рассказывающий о реальном и не менее замечательном эксперименте по-настоящему понимающих гуманизм учёных: Крысиный парк. [http://www.stuartmcmillen.com/ru/comic/rat-park/]


Что может пойти не так?

По мнению автора, у заместительной терапии есть свойства, которые при неграмотном подходе могут пойти во вред.

Например, метадон при длительном употреблении вызывает более длительный синдром отмены, чем героин, и методом постепенного снижения дозы с него тоже слезать довольно долго, что повышает шанс срыва.

И героин, и замещающие его вещества похожи на естественные эндорфины, в т.ч. участвующие в регуляции работы психики; мозг, грубо говоря, снижает чувствительность к этим веществам, потому происходит "ломка" и последующая депрессия.

Наркоманы со стажем, в том числе те, кто долго сидит на заместительной терапии, или те, кто со стороны видит таких людей, сообщают о крайне сильном эмоциональном выгорании, не проходящем даже при длительной трезвости. Ещё есть информация о возможной нейротоксичности метадона, как из научных источников, так и из бытовых наблюдений — некоторые считают, что метадонщики с многолетним стажем сильно тупеют.


По личному мнению автора, участников желательно выводить из программы по возможности быстрее. Но из-за дешевизны заместительной программы возможна ситуация, когда всех проблемных просто сажают на метадон / бупренорфин, а в остальном (психотерапия, социальная реабилитация и т.п.) не помогают.


К сожалению, в России официальная позиция по отношению к программе строго отрицательная. Поэтому человеку нужно переламываться либо своими силами, либо сдаваться государственной наркологии (и вставать на учёт), которая способна только немного облегчить первые дни "ломки", но не даст грамотной социально-психологической поддержки. Потом же наступают месяцы тяжёлой депрессии — а не работать, восстанавливаясь где-нибудь в деревне всё это время, мало кому по карману, что образует замкнутый круг, из которого сложно выйти. 

Комментировать